Павлов Александр — Арсений Гончуков

Арсений Гончуков 

Сайт писателя и режиссёра

Меню Закрыть

Павлов Александр



Искусство умирать

Сильный волк или пес умирает на отшибе, в одиночку, без стаи. Он это умеет лучше всех.

Ты выстроил дело, посвятил ему жизнь, по пути ободрал чужие, как лепестки твоей – теперь ты в катафалке трясешься, а они не соберутся, вероятно, больше никогда. Сын только куртку на тебя набросит – старый филд-джэкет, артефакт времен прежних войн. Это первая сцена фильма Арсения Гончукова «Последняя ночь». Если бы он его назвал «Последняя б***ь», было бы понятнее, хотя…

Ты врач и ученый, сильный мужчина, у тебя мир в ладони, пресса разрывает на интервью, женщины не умеют отказать. Ты создаешь средство против рака – про который знаешь все. Даже то, что в себе его выращиваешь. Ты отдал этому всю жизнь, но ты их и отнимал. Одновременно выращивая детей от нее, ненависть и огромную любовь в остальных твоих бабах, которые скажут потом: умирай, тебе пора. Все же умирают.

И вот наступает полдник: разглядывай свои ребра на снимке и говори с ухмылкой: «Рачок. Четвёрочка». Осталось не так долго до катафалка с отчужденными лицами, но ты еще жив. Ты же сильный и правильный, послушай совета тех, кому ты врал. Один, он твой друг, бесится и не может понять: ты же знал про себя все, и все-таки врал ему. Другая – вероятно, родинки ее ты знаешь наперечет, как отрезала: ты мне не муж, не любовник, и даже не друг. Ты создал ей дело, и она, глядя в твои еще живые своими чистыми светлыми глазами, посылает тебя умирать.

Гончуков глазаст и задирист, как режиссер и автор сценария. Вместо Лондона-Парижа-Нью-Йорка он привезет героя в Нижний, « по местам небоевой славы», к первой и последней. Добавит ностальгии, лично раскидав мешки с листвой около моей бурсы на Лядова, где ее топтать потом не спеша Крылову и Суровой. Под тягучие рояльные пассы композитора фильма Полеско.

И будет с вами постоянно играть «в молчанку», заставляя мучительно думая, искать те ваши развилки, на которых коня потерять, жену обрести или голову сложить. Удивительно, как Крылов выдержал все эти недосказанности в кадре, сам дотерпел до конца у скалы в Анапе. Про киноцентоны хотел написать, но не буду – очень больно, ибо и фильм не из легких. Сказка такая, без хэппи-энда, как Арсений умеет.

Философия, на мой взгляд, вполне понятна: взбираясь на вершину – карьеры ли, подвига во имя науки, ты за собой оставляешь выжженные поля. Это глаза любимых, руки близких, сны и чувства друзей. Они тебе отплатят тем же. Когда придет час.

Тогда ты вдруг вспоминаешь, на какой развилке пошел не туда, и хотя бы перед смертью – пытаешься поступить по совести. Например, последнюю ночь разделить с ней, той самой…

Ну, так вот она уже не та. Она тебе отдастся, но потом долго будет тяжело молчать, глядя в глаза своему нынешнему, который все понял, но не скажет ни слова. И больше ты ее не увидишь.

Смерть прощает всяких. Даже таких сильных, как герой Гончукова, лишь пару раз выдавивший из пьяного подсознания свою слабость: молодой паре в кафе за соседним столиком: « Человеку дается одна жизнь. И одна любовь. А я все просрал…» И в метро: « Вы все умрете!»

Не всё, конечно, умрет. Остались его дело, дети и женщины. Человека только не осталось. Он пошел умирать один.

Команде создателей фильма «Последняя ночь» удалось убедить зрителя, что оставшимся есть зачем жить. В этом, по-моему, его главный посыл.