Отчего умерла мадам Бовари — версия XXI века (Лиterraтура № 153) — Арсений Гончуков

Арсений Гончуков 

Сайт писателя и режиссёра

Меню Закрыть

Отчего умерла мадам Бовари — версия XXI века (Лиterraтура № 153)




Пару раз читатели этих колонок упрекали меня, вы удивитесь, в том, что я слишком много уделяю внимания классике и не пишу о современной прозе, но во-первых, это не так, достаточно посмотреть историю публикаций, а во-вторых, неправильно делить культуру на старое и новое, а литературные произведения уж лучше классифицировать по направлениям, качеству, стилистическим или тематическим трендам эпох.

Мне не близка мода на некоторую я бы сказал десакрализацию классических произведений. Толстого читать не обязательно, Достоевский депрессивный. Не авторитеты на меня давят, во мне говорит элементарная практичность — для меня, как для автора, писателя, сценариста, классические произведения есть неиссякаемый источник проверенных сюжетов, идей, приемов.

Просто нужно уметь смотреть новым бараном на старые ворота и искать в них что-то созвучное сегодняшнему тебе.

Например, если вы студент какой-нибудь школы писательского мастерства или сценарной мастерской, пометьте себе прямо сейчас, почему вы должны прочесть роман «Мадам Бовари». Во-первых, такой богатой, разнообразной, оригинальной и дотошной работы с деталью вы не встретите ни у одного автора великой русской литературы XIX века, ни Лермонтов, ни Тургенев, ни Достоевский, ни Толстой так не умели и не работали. Осторожнее, некоторые особо жесткие детали врезаются в память намертво! Во-вторых, в тексте новатора Флобера много других приемов, он очень техничный автор даже по нынешним временам. Обратите внимание, как французский романист знакомит нас с местом, где хранится мышьяк, как органично вписывает «ядовитую» тему в повествование, тему, которая позже драматично развернет сюжет.

Наконец, главное, а что по поводу истории, что сказать о героине Мадам Бовари? Не то, чтобы ее драма очень современна (тоже такое клише), но как раз самое клевое при чтении классики — накладывая сюжеты и характеры прошлого на современность видеть произошедшие трансформации, наблюдать как бы карту многолетних эволюционных процессов.

В качестве небольшого лирического отступления, мог бы получиться крайне интересный разговор, если рассматривать судьбу Бовари в контексте истории мирового феминизма, прочитать роман, вооружившись современной фемоптикой. «Мадам Бовари», старшая сестра «Анны Карениной», написанной менее, чем через двадцать лет, это не просто жесткая, а жестокая книга о женщине, которая буквально сжигает себя в пламени любви и страстей. Но дело не в страстях, а в том, что они приводят к аутодафе. По судьбе Бовари видно: положение современных женщин зеркально тем условиям, в которых они вынуждены были жить всего два века назад. То есть роман доказывает справедливость и необходимость феминизма в высшем смысле этого термина. Даже без #metoo положение женщины в век Просвещения пугающее, средневековое.

При всей мощи звучания женской темы в «Мадам Бовари» книга не об этом. Хотя не исключаю, что так мне кажется с точки зрения современности. Например, и это самое большое мое затруднение в восприятии романа, я не вижу, не понимаю, что именно заставляет Бовари поступать так, как она поступает. Что сломало ее? Кто давил, кто довел ее до трагедии? Общество, условности, тиран-муж, подлец-царь, злая мачеха? Нет, нет и нет. Весь роман ты ждешь эту злую силу, но вдруг понимаешь, что нет ее, никто не доводит Бовари до ручки, она сама до нее доходит, без посторонней помощи, а вокруг нее люди, которые ее любят, выручают, нет, есть и подлецы, и слабаки, но они искренние, влюбленные, в общем, обычные люди.

Эмма сама виновата. Так и хочется сказать. Но Флобер большой художник, далекий от того, чтобы судить, клеймить героиню, напротив, он нарисовал перед нами максимально выпуклый, живой и честный портрет мятущейся, страстной, богатой души, переполненной противоречиями, раздираемой желаниями. Они и разодрали ее, как юношу неразделенная страсть, с которой он не справляется и бросается с девятиэтажки. История архетипическая. Для меня Бовари — именно эта история. Сила необъятной одаренной недюжинными страстями души приводит ее к гибели. Кстати, Каренина Толстого более дидактична, и назидательный тон нашего классика звучит отчетливей.

Любой великий роман сложная универсальная метафора, глубина и жизненность которой не позволяет автору диктовать свои идеологические установки (иначе роман рискует не стать великим), вместе с тем та же многозначность метафоры позволяет читателю трактовать ее в силу своих знаний и убеждений. Судьба любого произведения искусства — это бесконечная череда личных трактовок миллионов читателей, умноженная на глобальные толкования, присущие той или иной эпохе.

Мне, сыну своего времени, показалось, что сегодня история Эммы Бовари может считываться совершенно неожиданным на первый взгляд образом — с точки зрения общества, отягощенного проблемами самоопределения, многозадачности и безудержного потребления. Сегодняшнему человеку, особенно молодежи, крайне сложно искать профессию и путь, выбирать жизненные стратегии, отвечать на вопрос «кем быть». Все сложнее и почти невозможно выбрать одно образование на всю жизнь или одну профессию — социологи подсчитывают, сколько раз каждому из нас придется переучиваться. А потребление? Мы живем в условиях перенасыщенности рынка, кризиса выбора, мы давно запутались, не соображая, какую колбасу выбрать из сотен наименований и каким сервисом ее доставить прямо на кухню из десятков одинаковых… Выбор сегодня — самое сложное. Бог с ней, с колбасой. Нам все труднее отвечать на вопросы кто мы и чего хотим. А часто, когда наконец понимаем, чего хотим, за окном меняется очередная эпоха.

В итоге нынешний молодой человек, чуть повзрослев, оказывается перед бескрайним простором выборов и вызовов — он может стать всем, от мэра города до инстаграм-блогера, от писателя до фермера, он может выбрать даже, прости господи, гендер, не говоря уже про имя, цвет волос, место жительства или гражданство. Уровень свободы современного человека иметь те или иные убеждения, вести тот или иной образ жизни поистине небывалый, невиданный в истории. Легче перечислить то, что трудноосуществимо.
Эмма Бовари не исчадие ада, она не плохая, она искренняя, творческая, сильная. Она пол романа мучилась от любви, так и не изменив нелюбимому ничтожеству мужу. Она никогда его не унижала. Она так и не бросила дочь. Не разрушила семью. Она любила одного мужчину, долго и яростно, пока он ее не предал. И только под конец, отчаявшись, в столичном Руане Бовари заболела страстью к молодому любовнику и начала опасно ошибаться в денежных расчётах с ростовщиком, который ее очень быстро и уничтожил. Она не монстр, она не совершает ни единого поступка, достойного казни, а в главном грехе — измене мужу — на фоне своего времени (читай Бальзака) она невинная овечка, влюбленная дурочка, всегда возвращающаяся домой.

На мой взгляд «Мадам Бовари» это драма человека, который не увидел, где и как можно реализовать свой потенциал, не нашел точки опоры ни в семье, ни в детях, ни в любви, ни в боге. Эмма не просто запуталась, оказалась заложницей чести семьи и потому погибла, нет, еще раньше, гораздо раньше — она потерялась. Как бы сейчас сказали, не встроилась, не нашла себя. Судьбы Базарова и Рудина близки Бовари, эти герои тоже растратили себя понапрасну, мимо. К слову, «Накануне» написан всего через четыре года после романа Флобера.

Возможно, такой типаж, как Бовари, и проблема таких людей — не социальная, а психологическая. Они могут все, но растрачивают себя. Я вижу таких девушек и молодых людей, растерянных, одиноких, они не прибиваются ни к одному берегу, с годами еще больше запутываясь. При этом они любят жизнь, они действительно талантливы. Как была одарена сверх меры и Эмма Бовари — великим и редким даром любви.
Именно этот дар и его трагическая судьба суть главные герои романа.

П.С. Если же мой субъективный взгляд, что в романе Флобера выведен типичный, хоть и драматичный вариант взаимоотношений героя и мира, которые не могут друг друга найти, покажется слишком вольным, пусть моя концепция будет лишь доводом к начальному тезису — зачем продолжать читать написанное двести лет назад. Потому что не спрашивай, о ком пишут классики, они пишут о тебе.